Портрет Чимабуэ и ранняя иконография Франциска

§Франциск — один из первых святых, чей облик начали изображать почти сразу после смерти, и потому редкий случай, когда вопрос о внешнем сходстве вообще имеет смысл ставить.

Самые ранние изображения

§Панно Бонавентуры Берлингьери в Пеше (1235) — сделано через девять лет после смерти Франциска, при жизни людей, его видевших. Изображение фронтальное, иконного строя, с житийными сценами по сторонам: перед нами ещё не портрет, а образ для поклонения.

§Фрагмент Чимабуэ в нижней церкви Сан-Франческо — самое известное раннее изображение, вошедшее в общее сознание как «настоящее лицо» Франциска: худое, вытянутое, с оттопыренными ушами и редкой бородой.

Почему нельзя говорить о портрете

§Соблазн понятен: черты у Чимабуэ настолько неидеальны, что кажутся списанными с натуры. Возражение, однако, простое: живопись Дуеченто не имела задачи портретного сходства и располагала устойчивым набором признаков для обозначения аскета — истощённость, неправильность, бедность облика. Неидеальность здесь может быть не наблюдением, а знаком.

§Это не значит, что сходства нет; это значит, что доказать его нечем. Ранняя иконография надёжно свидетельствует о другом — о том, каким Франциска хотели видеть в первые десятилетия после канонизации, и это само по себе ценное свидетельство. [с. 352]

Русский сюжет

§Для русской францисканы иконография важна особым образом. Русский читатель узнавал Франциска через искусство — через «Образы Италии» Муратова прежде, чем через жития. Отсюда особенность нашей традиции: спор о Франциске в России часто велся с оглядкой на живопись, и эстетическое впечатление входило в аргументацию — обстоятельство, которое православная критика ставила в упрёк и которое, надо признать, имело место.